Радио первобытного человека

С возникновением кибернетической парадигмы во второй половине XX века для описания взаимоотношений человека и техники всё чаще стали использовать понятие киборга. В «Манифесте киборга» (1984) Донна Харауэй позаимствовала этот термин, чтобы описать, что происходит с человеком в культуре, быстро подвергающейся компьютеризации: «к концу века к нашему времени, мифическому времени ― мы все стали химерами, теоретически обоснованными и промышленно произведенными гибридами машины и организма одним словом, мы стали киборгами[1]». На примере трансформации стационарного домашнего радио, я попытаюсь отделить своё восприятие современного человека от кибернетической интерпретации: под воздействием технических средств и цифровых медиа мы стали не киборгами, а городскими туземцами.

* * *

19 сентября 2016 года Студия дизайна и инноваций Uniform представила свою новую разработку ― Solo, эмоциональное радио[2]. Представьте себе машину, которая может дистанционно оценить ваше настроение и выбрать подходящую музыку. Объединяя технологию распознавания лиц с цифровым музыкальным сервисом Spotify, радио выбирает дорожку в соответствии с вашим эмоциональным состоянием. Разработчики Solo уверены, что их продукт «предвосхищает появление более дружелюбного, более игривого искусственного интеллекта. Solo соединяет нас с нашими эмоциями». Для меня Solo ― это метафорическое воплощение трансформаций человеческого опыта в современном городе. Трансформация отдельного сознания происходит одновременно с переменами в современной культуре. Серьезное изменение заключается в том, что прежде основной чертой жизни в большом городе считалась рассудочность[3]. В зиммелевском анализе психологических вызовов жизни в большом городе начала XX века прослеживается знакомая тема Харауэй ― тема скученности, ускорения темпов, чрезмерной возбужденности. Зиммель полагал, что интенсивность новой среды породила тип горожанина, который реагирует на них не чувством, а преимущественно умом. «Рассудочность ― панцирь, защищающий людей от нарастающего хаоса жизни большого города»[4]. Теперь же кажется, что формы реакции горожанина иррационализировались. Эмоционализация частного опыта идет рука об руку с реорганизацией общественного пространства города: частое использование иллюминации, большая популярность уличных инсталляций, наполнение городской жизни бесконечными праздниками, социальными акциями, флешмобами ― всем тем, что можно объединить в понятие карнавал. В таком случае, чтобы описать изменения в образе мысли и опыте современного горожанина представляется уместным обратиться не к достижениям кибернетики, а наработкам антропологов, изучавших первобытные общества.

 

Выдающийся американский антрополог, один из основателей современной антропологии, Франц Боас, исследовал вопрос устойчивости человеческих типов, влияние окружающей среды и наследственности на строение тела и склад ума. В одной из своих книг, опубликованной в 1911 году, Боас особое внимание уделяет сопоставлению умственной жизни первобытных и цивилизованных людей[5]. Весь пафос книги ― в борьбе с расовыми предрассудками. На богатом эмпирическом материале ученый доказывает, что у первобытного человека существовали все те когнитивные способности, которые обнаруживаются у современных людей. Для нашего же случая, особый интерес представляют описанные автором различия между формами мышления первобытного и цивилизованного человека.

Одной из наиболее характерных черт мысли первобытных людей Боас считает особый способ разграничения понятий. «По нашим воззрениям, ― пишет ученый, все элементы неба и факторы погоды являются неодушевленными предметами, но уму первобытного человека кажется, что они принадлежат к органическому миру». То, что мы считаем состояниями объекта, например, здоровье или болезнь, рассматриваются первобытным человеком как независимые реальности. Словом, у людей, живущих в первобытном обществе, вся классификация производится в совершенно другом направлении[6]. Подобную рассогласованность принципов классификации мы обнаруживаем в отношении культурного развития стационарного радиоприемника. Привычное для наших родителей проводное радио, служившее верой и правдой советскому человеку порядка пятидесяти лет, в 90-е уступило место технической новинке ― радио-часам с будильником. В случае с этим кухонным гибридом следует прежде всего определить категорию, на основе которой два предмета, радио и часы, объединяются по сходствам в одну группу. Сходства обнаруживаются весьма ясно в области простого чувственного ощущения ― утреннее пробуждение. То, что производит схожие впечатления, например, кофе, позже вновь соединяется инженерами в одном предмете ― кофеварке со встроенным радио Good News[7]. В кофемашину интегрировано радио с хорошими новостями, чтобы сделать «наши кухни более живыми и крутыми». Хорошее настроение каждое утро также обеспечат сменные разноцветные панели, поставляемые в комплекте с устройством.

 

 

Другой особенностью является разделение категорий объекта и атрибута. При рассмотрении понятий первобытного человека Боас выяснил, что классы идей, в которых мы усматриваем атрибуты, часто признаются независимыми объектами. Наиболее понятным примером этого рода из нашей жизни, является бытовая техника с заключенной в ней функцией радио. Включив радио в холодильнике[8], кухонной вытяжке[9] и даже душе[10] можно как-бы пустить в эти вещи независимый объект, действующий на наше сознание и тело. Стремление к преодолению физических ограничений техническими средствами тесно связано со становлением в культурной сфере того, что австралийский медиатеоретик Скотт Маккуайр называет «техническим бессознательным». Так, и Франц Боас указывал на то, что среди лингвистических и других классификаций первобытного человека преобладает бессознательное происхождение. Весьма вероятно, что интерфейс  эмоционального радио Соло приобрел антропоморфный характер столь же мало сознательно. Между тем, понятие антропоморфизма является важной категорией первобытной мысли. Включение животных или других объектов вместе с человеком в одну категорию происходит, по мнению ученого, на основании способности этих объектов двигаться или приводить в движение иные объекты. Возможно, именно с этим связана сильная тяга человека к гаджетам с сенсорным экраном.

Ещё одна черта первобытной жизни, обратившая на себя внимание как элемент мышления современного человека, заключается в существовании тесных ассоциаций между родами умственной деятельности, представляющимися совершенно разнородными, например такими как явления природы и индивидуальные эмоции. Тенденцию к усилению ассоциаций между технологиями и чувственным опытом человека демонстрирует разработка ученых из МИТ (Массачусетский технологический институт), которая может определить эмоции человека без визуального контакта. EQ-Radio анализирует сердцебиение, частоту дыхания и некоторые другие процессы, происходящие в организме. После анализа данных компьютерная система указывает, какие эмоции испытывает человек. Руководитель проекта Дина Катаби верит в то, что их разработка «может стать краеугольным камнем технологий будущего, способных определять депрессию, отчаяние и другие негативные эмоции человека»[11]. Наблюдения ведутся в режиме реального времени, а значит результаты могут быть использованы не только в развлекательных или маркетинговых целях, но и для медицинской диагностики.

 

В первобытной культуре существуют и такие случаи, в которых под влиянием окружающей среды, ассоциации развиваются в табу. Например, эскимосское табу, запрещающее употребление в пищу канадского северного оленя и тюленя в один и тот же день, Боас объясняет чередованием жизни народа внутри страны и на берегах. «Тот простой факт, что в одно время года можно есть лишь канадских оленей, а в другое время года можно есть лишь тюленей, легко мог вызвать сопротивление изменению этого обычая; так что из того факта, что в течение долгого периода было невозможно есть в одно и то же время два рода мяса, развился закон, гласящий, что нельзя есть два рода мяса в одно и то же время»[12]. Похожее эмоциональное сопротивление нарушению обычая мы находим и в случае с радио. Несмотря на его частое фоновое присутствие в нашей повседневной жизни, совершенно неуместным окажется прослушивание радио в ходе обрядовых процессий. Довольно сложно себе представить радио на свадьбе, параде или вечеринке по случаю дня рождения. Вообще, совершать сколько-нибудь важное действие в сопровождении работающего радио просто неприлично. Представляется рискованным дать объяснение происхождению этой ассоциации, но, может быть, уместно снова обратиться к труду Боаса. Вот, что пишет ученый: «Одно из великих наступивших изменений, может быть всего лучше выражается в такой форме, что в первобытной культуре впечатления из внешнего мира тесно ассоциируется с теми субъективными впечатлениями, которые они регулярно вызывают, но которые в значительной степени определяются окружающей индивидуума социальною средою. Иными словами, когда то или иное понятие представляется уму первобытного человека, оно ассоциируется с теми понятиями, которые находятся в связи с ним при посредстве эмоциональных состояний»[13]. Если это верно, то упомянутый выше режим прослушивания радио, как и практика интеграции радио в другие объекты, воплощающая разнородные эмоциональные ассоциации, обнажают элементы первобытного сознания современного человека.

 

Если на рубеже XIX и XX вв. цивилизованное общество для Боаса отличалось меньшим количеством эмоциональных ассоциаций и более слабыми консервативными тенденциями, то культурные изменения сегодняшней городской жизни скорее связаны с постепенным устранением интеллектуальных ассоциаций, постепенно заменяемыми эмоциональными. Увеличение эмоционального значения идет рука об руку с уменьшением сознательности. Эта перемена, в свою очередь, сопровождается постепенным усилением консерватизма. Как у первобытных  племён, чьё размышление не может преодолеть эмоционального сопротивления фактам нарушения нормы и разрыва привычных связей, так и будущим туземцам больших городов, чтобы воспрепятствовать прочно укрепленным позициям эмоциональных технологий, вроде EQ-Radio или Solo, потребуется значительно больше волевых усилий, чем мы можем себе представить, причём с этими волевыми усилиями будут связаны чувства сильного неудовольствия.

 

[1] faculty.georgetown.edu/irvinem/theory/Haraway-CyborgManifesto-1.pdf
 
[2] uniform.net/work/projects/solo
 
[3] Зиммель Г. Большие города и духовная жизнь. www.ruthenia.ru/logos/number/34/02.pdf
 
[4] Маккуайр С. Медийный город: медиа, архитектура и городское пространство / Пер. с англ. - М.: Strelka Press, 2014. - 392 с. - С. 107
 
[5] Боас Ф. Ум первобытного человека: Пер. С англ. Изд. 2-е. ― М.: КРАСАНД, 2011. ― 154 с.
 
[6] Там же, С. 110
 
[7] homeappliances.wordpress.com/2010/03/24/coffee-machine-with-music-radio
 
[8] domisad.org/holodilniksovstrtelevizorom
 
[9] kaiser-shop.com.ua/product_223.html
 
[10] ru.aliexpress.com/cp/waterproof-radio-for-shower-online-shopping.html
 
[11] news.mit.edu/2016/detecting-emotions-with-wireless-signals-0920
 
[12] Ум первобытного человека, С. 124.
 
[13] Там же, С. 130
 
 
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal