Для тех, кому больше всех ничего не надо

По задумке, этот материал должен был выйти 13 июня и стать отчетом о прошедшем накануне «марше миллионов». Однако, проснувшись следующим утром, я понял, что реакция на беззубый манифест организаторов митинга и отчет о походе колонны #Оккупай — это не совсем то, о чем мне сейчас хочется написать.

По этой и другим причинам мы спонтанно взяли недельный отпуск и возвращаемся через неделю с пониманием, что весна, начавшаяся в этом году в декабре, закончилась и пора опробовать новые стратегии: в этом посте мы начинаем с политики, а закончим отношениями — и это только начало.

 

Баннер колонны #Оккупай, написанный рукой Кирилла Кто: «Занимай, чтобы освобождать!»

Итак, мы живем в тоталитарном государстве с демоном-кэгэбешником во главе, в ведении которого находятся монополии, тоталитарным образом руководимые демонами поменьше. Гражданское общество, «проснувшееся» полгода назад, некоторым образом делегировало представление своих интересов штабу протестного движения, в состав которого входит пара десятков оппозиционных лидеров, за закрытыми дверями решающие, кому давать слово на митингах и пишущие манифест «свободной России». В свою очередь, эта группа оппозиционных лидеров абсолютно оправданным образом критикуется лидерами левого лагеря, которые опубликовали свой манифест с социальными требованиями, в список которых входит национализация естественных монополий и запрет на коммерциализацию образования.

Самая продвинутая и самоорганизующаяся прослойка левого фланга, представленная участниками #Оккупай и, примкнувшими к ним на митинге, анархистами, представили свой манифест, который был зачитан при помощи живого микрофона на живописном фоне здания Центросоюза Ле Корбюзье.

 

Сам по себе манифест и формат его прочтения был очень впечатляющий и, по всей видимости, может считаться главным событием на митинге. Но с самых первых строк «этот текст был написан открыто и гласно» выявляется противоречие, так как этот текст был написан несколькими активистами и был опубликован только после митинга. Основной посыл манифеста — вера в самоорганизацию и отказ от лидеров. Однако, по факту, они все же есть и, представляя интересы движения, они часто выдают собственную точку зрения за точку зрения остальных.

Ну и наконец, где-то в конце этой пирамиды противоречий стоим мы с этим текстом, в котором критикуем все организации за авторитарность и навязывание своей позиции, навязывая свою собственную позицию вам, то есть нашим читателям.

 

«Этим текстом, в котором мы критикуем все организации за авторитарность и навязывание своей позиции, мы навязываем свою собственную позицию вам, то есть нашим читателям».

 

Сегодня я вижу, как один мой друг, один из самых талантливых художников и поэтов наших дней на грани жесткой депрессии готовится лечь в больницу, питаясь в основном только овсянкой на воде, кофе и сигаретами, живущий в маленькой мастерской с еще двумя друзьями-«неудачниками». Другого моего коллегу по партизанингу мы часто вспоминаем в контексте его работы в банке — этот сюжет работы на систему для подпольного подрыва этой самой системы в свободное время не менее популярен. Сам я, в комплекте со своей женой, уже полгода часто не имею денег на нормальную еду, не могу найти работу, а если точнее, никогда не имел таковой в моем представлении о месте, где я мог бы делать то, что считаю нужным и полезным для города и общества и получая за это хоть сколько-нибудь достаточное для пропитания жалование (простите работодатели из The Village, у вас мне было лучше всего, но уходил я не без конфликта и не без ощущения того, что мне приходилось все время прикидываться не совсем тем, кем я являюсь на самом деле).

 

«Один из самых талантливых художников и поэтов наших дней на грани жесткой депрессии готовится лечь в больницу, питаясь в основном только овсянкой на воде, кофе и сигаретами, живущий в маленькой мастерской с еще двумя друзьями-"неудачниками"».

 

«Не хочу ничего знать!»

Сегодня мы видим сильнейший запрос на действия в публичной сфере, направленные на гармонизацию этой самой сферы. Однако, в большинстве случаев эти изменения, чаще всего, связываются в головах проснувшихся граждан с лидерами, способными лучшим образом управлять страной. Но подавляющее большинство людей при этом абсолютно не готовы принять на себя часть вины за то, что мы имеем сегодня и попытаться понять, что изменения должны начинаться именно с их собственной сферы личных интересов. Именно поэтому я не верю в быстрые перемены и политические революции.

Все эти размышления привели меня к тому, что вся эта политическая игра не оставляет возможности оставаться вне некой одномерной системы противоречий. В то же время, мы прекрасно понимаем, где искать ответ на вопрос что является альтернативой монополизации, авторитарности и прочим проявлениям дискриминации и изоляции. Эта область публичной городской культуры и человеческих взаимоотношений и является главным предметом нашего интереса.

 

«Не знаю как вы, но я никогда не чувствовал, что что-то в этом городе делается для меня. Все, что я люблю в этом городе было сделано либо спонтанно, либо отвоевано мною или такими же маргиналами как я».

 

Всю свою жизнь меня окружают прекрасные, умные и в чем-то несчастные, но оптимистичные люди, по-своему гениальные, носители необычных идей, сторонники открытого общества и свободного обмена информации, действительно толерантные и желающие сделать для своего города что-то очень хорошее. Но я ни разу не видел, чтобы их желания сделать город лучше каким-то образом поддерживались обществом, наоборот, машина исключения всячески и планомерно на самых разных уровнях — государственном, в творческих и журналистских сферах, в школе и даже в семье — отстраняла этих людей.

Не знаю как вы, но я никогда не чувствовал, что что-то в этом городе делается для меня. Все, что я люблю в этом городе было сделано либо спонтанно, либо отвоевано мною или такими же маргиналами как я.

 

Кирилл Кто: «Становится ли тебе лучше от того, что ты дважды в день проходишь мимо этой работы? А мне от того, что я это делаю и иногда возвращаюсь чтобы проверить, стало ли лучше тебе? Не знаю, не уверен. но хотелось бы».

Вы можете сколько угодно говорить о рождении гражданского общества, но на сегодняшний день все наше общество заточено на исключении других: на полярностях и противоположностях. Леваки, требующие социальных реформ, руководствуются программой заведомо радикальной и исключающей из своей повестки очень многих. Националисты, порицаемые просвещенной публикой, часто в силу недостаточного образования (что не может ставиться никому в укор) выбирают свой путь только как способ нахождения себе подобных, как способ защиты. И даже в защиту единоросов при определенном рассмотрении можно найти нужные слова. В результате все мы запираемся и становимся радикалами в своих взглядах, исключая других из поля своих интересов.

Качество жизни в городе определяется разнообразием и возможностью самым разным людям в этом пространстве выразить себя: левакам, единоросам, националистам или тем, кому вообще похуй на все на это, им просто очень хочется кушать.

 

«Помогите Кириллу Кто, помогите тем 13 людям, которые были на Болотной и стали жертвами полицейского устрашения, помогите людям вокруг вас, которым нужна помощь».

 

Если вы действительно хотите, чтобы жизнь в нашей стране поменялась, то очень многим, не всем, но очень многим, нужно научиться жить для других, понимать и ценить их, получать радость от созерцания и изучения других людей и помощи им. Помогите Кириллу Кто, помогите тем 13 людям, которые были на Болотной и стали жертвами полицейского устрашения, помогите людям вокруг вас, которым нужна помощь. Но делайте это не для себя, а действительно для них. Мне сложно это объяснять, так как я сам только осознал для себя, что мои собственные проблемы связаны именно с этим.

 

Кирилл Кто: «Все обойдётся. (Без меня) как нибудь! Без тебя, без всех остальных».

В связи со всем вышесказанным, мы решили достаточно кардинально пересмотреть наши подходы и тактики гармонизации окружающей среды, сместив их на человеческие взаимоотношения и на еще большую критику современной русской действительности. Мы будем еще более честными, открытыми и постараемся своим собственным примером показать, что именно с личных взаимоотношений начинаются большие перемены.

 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal

Комментариев (2)

  1. Александр

    Низкий поклон!

  2. Александр

    С другой стороны, я конечно не согласен с тем, что ничего не делается лично для меня. Все эти замечательные площадки хоккейные, футбольные, гандбольные, волейбольные, бадминтонные и др. — они для меня. Правда их тоже нужно опартизанивать, так как у нас никогда не могут сделать удобные калитки. А деревянные набережные — танцевальные пространства, да, может их мало, но вопрос по большей части в том, готовы ли люди занимать эти пространства? Здесь я снова вас поддерживаю.