Флориан Ривьер — городской хактивист из Страсбурга

Если города предназначаются для людей, они должны быть перепланированы — в них должны быть места для игр и свободы самовыражения.

Флориан Ривьер, страсбургский городской хактивист, реорганизует город в поле для  различных активностей и веселья. Его интервенции заключаются в исправлении и трансформации общественных пространств для того, чтобы горожане могли наслаждаться жизнью, отдыхать и играть в их пределах. Эти мгновенные интервенции преображают уличные объекты, по-новому открывая их для человека. Его никнейм отсылает к компьютерным хакерам, перепрограммирующим функциональность систем: городской хактивист перепрограммирует город, делая его удобным для «пользователя».

В конце июля Флориан проведет недельный воркшоп на Севере Москвы в рамках летнего совместного проекта Партизанинга и Стрелки по перепланировке районов города. Мы взяли  у него интервью и спросили, что мотивирует его к хактивизму.

 

Когда и как ты начал создавать свои городские интервенции?

Я переключился на собственные проекты в 2011 году, через четыре года активностей и обучения в сфере городского перепланирования совместно с Démocratie Créative, организацией, которую я основал в 2008 году в родном Страсбурге. Ведомый острой необходимостью вмешаться в окружение, с которым я не мог примириться, я впервые занялся проектами, связанными с коллективными активностями и индивидуализацией общественного пространства (фестивали, флешмобы, природные интервенции и т.д.). Затем, в 2011 году, я начал разрабатывать свои первые серьезные интервенции.

 

Откуда пришла идея хакинга и как это применимо к городу?

Я черпал вдохновение из многих движений: ситуационисты (в частности, теория дрейфа), дизайн и архитектура, DIY, контркультура, автономные сообщества, лэнд-арт, артивизм…

Идея городского хактивизма родилась из желания действовать в естественной среде для большей части населения земли — в городе. Это место не соответствует реальным потребностям своих обитателей из-за тенденции его дезинфицировать, подвергнуть излишним мерам безопасности, привести все к единообразию. Оно спроектировано технобюрократами, которые обозначили его основные функции: форсирование потребления, работа, быстрота передвижения. Мы забываем о его сущности, потому что общественные места — живое пространство для встреч, общения, развлечений, отдыха, свободы… Я считаю, что горожане должны вернуть себе свое пространство и принимать участие в его развитии — и не только в качестве наблюдателей или пользователей.

 

«Не существует формальных правил хакинга общественного пространства. Я думаю, мы должны пытаться работать на общее благо. Свободно обмениваться идеями и получать удовольствие — вот что наиболее важно».

 

Не существует формальных правил хакинга общественного пространства. Я думаю, мы должны пытаться работать на общее благо. Свободно обмениваться идеями и получать удовольствие — вот что наиболее важно. Это, конечно, не значит, что надо начинать верить в страну Мишек Гамми, иногда требуются и агрессивные действия. Чтобы заявить о чем-то, мы должны сохранять подрывной дух.

Что касается меня, мне особенно нравится брать за основу городские стандарты и придавать им новую функциональность — прошивку, которая позволит людям эти стандарты использовать по-новому; теряться в незнакомых местах и показывать их другим людям; собирать разные предметы, найденные на улице, чтобы подарить им новую жизнь…

 

Ты работаешь только в Страсбурге, во Франции, или также других городах? Эти города поддерживают / узнают твои интервенции?

В самом начале я создавал свои интервенции в Страсбурге, где я также работал с группой Démocratie Créative совместно с городскими службами Страсбурга над забавным проектом городских табличек, целью которых было побуждение к передвижению по городу пешком.

В начале 2012 года я решил отбиться от группы и поездить, поработать в нескольких европейских городах (Берлин, Лондон, Дублин, Париж, Вена, Варшава), чтобы познакомиться с новой для себя городской средой, создать больше интервенций, встретиться с людьми.

 

«Города, в которые я приезжаю, не узнают моих интервенций по большей части от того, что я делаю их просто так. Мои проекты спонтанны и реализуются в соответствии с окружением, так что я, на самом деле, не могу заранее предсказать, что именно буду делать».

 

Я часто встречаю людей на любом этапе своих путешествий, иногда меня приглашают на фестивали, а иногда я просто натыкаюсь на что-нибудь неожиданное. Города, в которые я приезжаю, не узнают моих интервенций по большей части от того, что я делаю их просто так. Мои проекты спонтанны и реализуются в соответствии с окружением, так что я, на самом деле, не могу заранее предсказать, что именно буду делать. Но в Дублине я буду участвовать в фестивале Hack the City, организатором которого выступает Science Gallery. Над этим проектом они работают совместно с властями Дублина, так что раз уж они выбрали меня, это, скорее всего, потому, что они поддерживают мои работы.

 

Какова обычная реакция на твои интервенции?

Так как я не порчу, а пытаюсь улучшить город, обычная реакция чаще всего — позитивная. Конечно, всегда найдутся люди, которым просто необходима заурядность окружающего пространства. Иногда они пытаются меня остановить. В этом случае я пытаюсь обсудить это с ними. В худшем случае — делаю задуманное позже.

 

В чем заключается важность хакинга городов? От чего, по твоему мнению, популярность DIY-урбанизма растет?

Хакинг городов важен, так как это борьба против униформизации, против превращения публичного пространства в товар, против технобюрократического контроля. Это борьба за свободу. И именно от того, что наши враги оккупируют все больше нашего жизненного пространства, все больше людей становятся вовлечены в восстановление города. Это природный баланс, как инь и янь.

 

Какая из твоих интервенций тебе самому особенно нравится?

Мой любимый проект на сегодняшний день – реклама-карусель. Видео просто удивительно тем, что родители сами сажают своих детей в тележки. Видеть, как дети садятся на карусель потребления, было круто и, одновременно, ужасающе.

 

 

Ты когда-нибудь занимался ремонтом или восстановлением целых кварталов?

Мы занимались этим с Démocratie Créative с 2008 по 2012 год. К примеру, я организовал фестиваль Perffusion в Страсбурге в сентябре 2011. Целью этого фестиваля было восстановление целого района. В проекте принимали участие 50 человек (оборудование, рисунки, инсталляции, воркшопы, концерты, дискусии и т.д.). Я также пробовал восстановить небольшую заброшенную парковку в центре Страсбурга. В этом мне помогали некоторые из жителей – без каких-либо согласований, просто чтобы показать, что автономная и спонтанная активность горожан вполне возможна. К сожалению, проект был остановлен городскими властями из-за стройки, которую должны были закончить несколькими месяцами позже. Я пробовал донести идею нашего проекта до представителя управы района, но они никогда не разрешат того, что выходит за рамки их контроля. А это как раз и было целью проекта — построить город без контроля и медлительности властей.

 

Ты пробовал работать вместе с другими художниками, активистами или сообществами? Твоя деятельность походит на продвижение идеи придания городу элементов развлечения, игры, человечности — наиболее приближенного к реальности воплощения того, чего действительно хотят люди — как то ловля голубей, использование машин в качестве открывашек для пива, и просто желание играть. Как ты думаешь, ты представляешь свои собственные идеалы или по большей части то, чего хотят люди? Все из-за того, что сегодняшние скучные и рутинные города делают нас инертными?

Когда я управлял проектами Démocratie Créative, я работал со многими художниками, коллективами и сообществами. Однако я предпочитаю работать над большими проектами один. Я начинаю работу спонтанно, так что главными факторами, из которых вырастают мои проекты, являются моя личность и идеалы. Я делаю что-либо просто потому, что хочу это делать. Это просто импульс. Затем я свободно делюсь своими идеями, потому что хотел бы, чтобы люди воспользовались ими. Я также стараюсь придерживаться некоторой этики хакера, так как иногда интереснее работать в условиях притеснения. Если мои проекты приносят радость, удовольствие и человечность, то это только потому, что мне все еще удается думать как ребенок. Я очень активен и просто терпеть не могу пассивность, которая возрастает в городах. А в качестве единственного ухода от городской скуки сегодня, к сожалению, предлагается только потребление. Так что я пытаюсь найти альтернативные пути выхода и действий.

 

«Люди часто боятся брать на себя инициативу. Порой, когда я делюсь своими планами с кем-нибудь, мне говорят: “у тебя нет на это права” или “у тебя могут быть проблемы с полицией”».

 

Каковы главные принципы / приоритеты или цели твоей работы — ты пытаешься превратить города в игровые площадки, либо хочешь, чтобы люди получали больше удовольствия от жизни, или, может быть, просто переделываешь городские объекты / получаешь удовольствие сам?

Цель моей работы — нахождение максимального количества городских тактических решений, чтобы дать возможность любому сделать улицы веселее, жить свободно и без ограничений. Именно поэтому в моих проектах столько игр — я думаю, это самый естественный способ оживить пространство. Таким же образом я всегда переделываю объекты, которые нахожу на улице, т.к. они общедоступны и бесплатны.

 

Твои интервенции — только самовыражение, или, может, ты создаешь свои работы также с целью привлечения других сообществ и людей? Или ты «взламываешь» город потому, что тебе кажется, что в нем чего-то не хватает?

Я хочу внести свой вклад в улучшение наших условий жизни, в наше развитие; мои действия — не только ради моего удовольствия, но и для того, чтобы вовлечь людей в строительство собственной среды обитания. Люди часто боятся брать на себя инициативу. Порой, когда я делюсь своими планами с кем-нибудь, мне говорят: «у тебя нет на это права» или «у тебя могут быть проблемы с полицией». Я не знал, что играть и улучшать окружение — преступление! Чего не хватает, так это осведомленности людей о своей свободе действовать.

 

Ты пытаешься переделать улицы, привнести в них элементы игры — замечаешь ли ты, что люди действительно пользуются твоими интервенциями, или же это лишь забавные идеи?

Тут немного и того и другого. Я стараюсь осуществлять проекты настолько просто, насколько это возможно, чтобы люди могли их повторить. Это моя цель, но я, на самом деле, не могу проверить, выходит ли это у меня. Думаю, что главное в этом деле – показать, что нам может предложить улица. Тогда каждый сможет найти собственную тактику для того, чтобы жить лучше по-своему.

 

Что ты думаешь о стратегическом делайсамминге или тактическом урбанизме как о средствах продвижения долгосрочных изменений посредством краткосрочных акций? Думаешь ли ты, что эти стратегии правда могут работать? Считаешь ли ты свои интервенции частью всего этого?

Думаю, что я в полной мере в это вовлечен. Это способ построить город, который постоянно будет расширяться благодаря своей простоте, небольшим финансовым затратам и оригинальности. На сегодняшний день это все еще партизанинг, но эта практика будет все больше внедряться в повседневную жизнь больших городов через несколько лет.

 

Выражают ли твои интервенции по большей части оригинальность идеи, являются перформансом, или указывают на то, что ты пытаешься высмеять или продвинуть?

Более всего меня интересуют идеи, а не перформанс. Высмеивание окружающего — часть моей индивидуальности.

 

«Город — наша игровая площадка. Каждый способен свободно наслаждаться им по-своему».

 

Ты видишь в своих городских интервенциях реальные изменения или привлечение внимания, или же, может, во главе угла лежит юмор / искусство? Проще говоря, твои интервенции социально ориентированы / являются частью активизма, или ты делаешь это просто смеха ради?

Все зависит от конкретного проекта. Главным образом они несут в себе цель реальных изменений, особенно это касается «зеленых» интервенций. В остальных же случаях я просто развлекаюсь, как, например, в партизанских интервенциях, с ловушками на голубей и других нелегальных акциях.

Главное для меня — любым способом привлечь людей к активности в пространстве, которое их окружает. Я также все чаще занимаюсь активистскими проектами, такими как реклама-карусель, а также небольшими институциональными атаками: прыгалка в McDonald’s, игровые турниры на открытии выставки и проект «Не плати, играй» — в качестве новых форм активизма.

 

Мне нравится активная жизнь и игровые городские проекты. Они кажутся мне по-настоящему значимыми, т.к. я думаю, что людям действительно нужно больше взаимодействовать со своими городами, в особенности более активно по ним передвигаться. Наша жизнь стала слишком неподвижной и скучной. Может, нам нужны игровые площадки для взрослых?

Я вижу город как большую игровую площадку, в которой люди должны открывать для себя и создавать возможности для развлечений. Возможно все. Просто представьте, что город — кусок пластилина в ваших руках. Город и его возможности — это и есть игровая площадка для взрослых. Нам не нужно создавать специальные места вроде скейтпарков. Город — наша игровая площадка. Каждый должен наслаждаться им по-своему.

 

Другие работы:
http://www.florianriviere.fr/
 
Оригинал статьи:
http://eng.partizaning.org
 
Перевод: Алекс Тарасов
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal