Алла Сокол и пионеры городского садоводства из Петербурга

Уже многие годы в интернете ходят легенды об Алле Сокол, пионере городского садоводства и озеленения крыш из Санкт-Петербурга, которая в 1993 году в компании 10-15 человек разбила, по всей видимости, первый в России огород на крыше собственного дома.

Ровно год назад нам удалось встретиться с ней во время участия в марафоне «Делай Сам», участником которого она стала. Нам понадобился целый год на расшифровку и публикацию этого интервью, надеемся, что новое поколение городских активистов смогут поучиться у тех, кто занимается этим с большим успехом уже более двадцати лет.

 

***

 

Расскажите в 93-м году, как всё началось.

Идея пришла от того, что я услышала по радио, обычные вечерние Петербургские новости, там выступала американка Шерон Теннисон. Она говорила о том, что мы видим столько черных крыш, а почему мы не используем их в то время, когда у нас такое положение, экономика рухнула. Движение, которое она решила здесь организовать, она назвала «Накорми себя сам». И создала центр российско-американских инициатив.

Как был организован центр я не знаю. Думаю, что тогда американцы хотели войти сюда любыми способами для того, чтобы, во-первых, влиять на гражданское общество, и во-вторых, чтобы узнать нас поближе, мы же были такой закрытой страной. Поэтому я допускаю мысль, что активность американцев была небескорыстной.

Ну так вот, когда она выступила с этим заявлением, это был конец 92-го, в это время я вышла на пенсию. Я двадцать лет проработала в цветочных хозяйствах Петербурга, и у меня был опыт, хоть я и инженер, а не биолог. После своего выступления она давала интервью корреспонденту в администрации Московского района; и слышу там говорят «да, крыш у нас много, только мы не знаем, как растить на крышах». Американка же говорит «хорошо, я пришлю вам волонтёров, они вам всё покажут».

И теперь представьте себе наше руководство, которое всегда привыкло отвечать положительно, но не знает как; и тут я, услышав эту историю, прихожу в районную управу Московского района и говорю, что я председатель кооператива в таком-то доме. Я только что закончила трудовую деятельность в промышленном цветоводстве, у меня есть опыт, и мы бы хотели начать этот эксперимент, только поддержите нас. И как же они обрадовались, это был единственный случай, когда администрация обрадовалась, потому что им есть, что ответить, есть жители, которые готовы поддержать эту инициативу. И меня к этому центру гражданских инициатив быстренько прикрепили, и администрация повсюду дала письма «помогать, помогать, помогать».

Это была самая существенная их помощь — когда я это письмо принесла в технический надзор за жилищным фондом, то с чего любой бы из нас начал это получение разрешения. И я на встрече сказала «если дом не кооперативный, вы этого разрешения не добьётесь», потому что ни один чиновник не хочет брать на себя ответственность, а вот технически это возможно, крыши прочные.

Поскольку я сама инженер, я дала дополнительный расчёт нагрузки для обустройства огорода, и мне с помощью того письма, выданного институту, что «просим содействовать в организации», было выдано положительное решение, что «рассмотрев вашу нагрузку, разрешается при таких-то таких-то условиях: что бы работали водостоки, чтобы их не занимали» и так далее.

 

Добро, старт, и дальше второе письмо, которое пошло в фирму «Лето», которая промышленно выращивала овощи. Это фирма нам дала мешки с торфом, отработанным уже после помидоров. Они привезли целый Камаз вот этого дела, сгрузили вот тут вот в скверике и надо затаскивать. И кто вызвался? Ребята! А у них в это время в школе началась трудовая четверть и они говорят: «Алла Яковлевна, а вы дадите справку, что мы работали?», «Да конечно, обязательно!». И вот на лифте, у нас два входа на чердак, они всё это быстренько занесли и по крыше разнесли. А дальше уже пришли те энтузиасты с руками.

И всё, с тех пор мы не оставляем этого дела, хоть и произошли различные видоизменения. Начали мы с того, что посеяли петрушку, укроп, мы всё перепробовали за эти годы, за исключением картошки. Нам как-то не пришло в голову картошку выращивать на крыше, нам этого не надо, пусть там всё-таки где-то плуг пашет.

 

И вы это реализовали в рамках одной крыши?

Нет. Центр гражданских инициатив размахнулся, там был куратор этой программы, правда мы сказали, что её не надо называть «Накорми себя сам». К нам потом приходило много журналистов, которые спрашивали «Вы это от голода начали?».

Еще как-то к Кире Николаевне, когда она работала на крыше, тоже кто-то из прессы приходит «Скажите, вам в вашем возрасте не страшно на крыше работать?». Я думаю, сейчас Кира Николаевна как ответит, про возраст женщину спросили, и я слышу как она отвечает «Молодой человек, в моём возрасте и без крыши страшно». Это был ответ конечно облетевший всю прессу.

Ну и так значит, жители сами с активностью, помощь администрацией оказана и решение общего собрания обязательно, а теперь остальные крыши. Значит где пробовали, дом школы юннатов...

 

«Заключенные, которых взяли в бригаду, возрадовались: ну там свежим воздухом дышать. Они вырастили себе зелени много, чтобы в баланду сыпать, целые гряды у них там были»

 

И вы как-то курировали это на других крышах?

Да испробовано было так, на одном административном здании были такие террасы — второй, четвертый этаж — такие очень мощные, большие, архитектура такая. Чего только там не было, даже кабачки. Институт очень гордился, это было тоже в нашем Московском районе. Но через несколько лет здание было выкуплено другим собственником, и он вышвырнул нас сразу и сделал там кафе.

Следующий огород был школа юннатов, где учат детей биологии, дополнительное образование. Это район Озерки на юге города.

И потом нам позвонил фонд «Благотворительные кресты», наша известная тюрьма. Руководство сказало, что выделит грядки. Американцы нам семян до дури прислали, мы их потом ещё меняли на всё, что нам надо. И вот с этими семенами мы направились делать огород в тюрьме Кресты. Заключенные, которых взяли в бригаду, возрадовались: ну там свежим воздухом дышать. Они вырастили себе зелени много, чтобы в баланду сыпать, целые гряды у них там были. Поскольку там-то хорошо, шестиметровая стена ограждает эту тюрьму, она кстати на набережной, кабачки там ещё были.

Был ещё такой огород, как он там заглох не знаю, потому что я туда уже не ходила. Если фонд «Кресты» его сопровождал, так он наверное много лет там существовал, но всё зависит от начальства, как сменится так сразу скажут: «Всё, нам этого не надо».

В течении 93-го года было около пяти огородов. Но были ещё нелегальные огороды, отдельные жители дома выходили на свои крыши домов муниципальных, тогда всё открыто было. Но просили меня никогда не называть их адреса. И когда на встречах я показывала фотографии, говорила: «А вот адрес я не скажу». Таких огородов было порядка десяти. Всё это было в начале – середине 90-х.

 

 

Потом наш проект перешёл в проект экологической модели жилого дома, и этот проект курировали уже не американцы, а европейская ТАСИС (помощь странам пост-социализма). Европейский бюджет на экологию тратили спокойно. И в этом же центре гражданских инициатив был некий Емелин Валентин Васильевич, инженер-химик в прошлом, получил высшее экологическое образование, он весь этот проект создал.

Мы провозгласили, что вот такой многоквартирный жилой дом может в качестве пилотного проекта испытать: во-первых, экономию ресурсов, на отопление, воду; во-вторых, зелень на крыше. Уже к тому времени из многих лет хозяйствования я поняла, что если в почву на крыше не вносить органику она через два года — пыль, и растения начинают плохо расти. И мы начали думать где взять органику: навоз нельзя, а то нас сразу санэпидемстанция — «в жилом доме навоз!?». И тогда мы вспомнили о технологии вермикомпостирования — кухонных отходов сколько хотите!

В подвале сделали такое помещение. Что значит сделали: пол бетонный ни одной щели, чтобы туда грызуны не прошли, потому что от червей они оставят пустой ящик. И это составляющая переработка кухонных отходов. Мы и сейчас этим заняты, только мы никому больше об этом не говорим, потому что на нас наехала санэпидемстанция и запретила: убрать в жилом доме! Хотя мы представили все: что это не содержит никаких вредных компонентов, что с наших столов отходы, мы этим питались, что это не откуда-то там.

 

Не собирали ли вы дождевую воду в рамках этой программы?

Не собирали только потому, что у нас воды избыток, её и собирать не надо, когда у нас эти ящики будут пропитаны от дождя этого хватает надолго. Хотя на дачах обязательно собираем дождевую воду в бочки, слив с крыши, а тут, поскольку ливнестоки внутренние, они уходят сразу в канализацию. И кстати говоря, если бы не было газонов на крыше, с крыши бы больше стекало, если на крышах будет больше газонов, то будет меньше воды в канализации.

И так вы уяснили, что такое модель экодом. Далее было правильно начать с обучения жителей. В 98-м были созданы экологические группы повозрастные. В 2002 проект был уже профинансирован русским благотворительным фондом «Гагаринский фонд» и имел он название «Городская миниферма».

 

Вот тогда мы показывали, что можно сделать для бизнеса. Мы сами делали биопочвы из торфов и биогумос обработанный червями. Ресурс дома — люди. Рабочие места можно создавать. Мы доказали, что можно: конвеер из салатов, саженцы для продажи, цветочная рассада. Всё малый бизнес, не надо питомников. Заявку у жителей по осени, что бы они хотели купить. И сколько рабочих мест для жителей этого дома! Например, молодая мама, она хочет какое-то время не работать, жить при ребенке, для неё такое рабочее место будет просто находкой. Если бы малый бизнес хотел бы такое организовать, то это можно, мы это доказали в составе проекта городская миниферма (с 2002 по 2004гг.).

Вот на этом все проекты кончились. И дальше, когда все идеи были проверены, я уже не подавала никаких заявок на гранты, я сказала местному правлению: «Ну что? Закрываем всё?». Они сказали: «Почему? Если есть жители, кто этого хочет, пусть продолжают». И на собрании было проголосовано продолжить. Но только это уже не внешняя деятельность, а только хозяйственная деятельность своими силами. Теперь кооператив поддерживает, например, почву я куплю из средств на содержание придомовой территории.

Помните, собирали рубль с чем-то с квадратного метра, такой тариф был, в нашем доме — 10666 метров. Значит десять тысяч с лишним мы собираем, конечно отдаем на дворников, на то, на сё. Но за счет этих денег, и жители что-то получают, которые тут работают, и инструменты покупаем, и семена. И я уже считаю, что у меня придомовая территория не только вот эта, но и та — крыша, она тоже на этой территории. Мы её, кстати, взяли в собственность (жителями дома), вот по железную ограду.

Проект экодом получил распространение в интернете. Вам, кто сейчас этой идей интересуется ни с нуля начинать. Вы можете нас спросить, какие были проблемы, на чем не надо заострять внимание, что следует сразу отбросить как ложную ветвь движения. А что надо, например, если это бизнес — миниферма; тут следует быть очень осторожным, естественно должно быть согласие людей, что их крыша будет сдана под такое. А когда сами люди хозяйствуют, и это их проект, то нужно только решение общего собрания. В кооперативных товариществах это легче пройдет, поскольку можно доказать, что это и для самих людей хорошо и для кровли хорошо.

Вы думаете не было противников? Ууууу, сколько мне доставалось как председателю! И они не ко мне приходили, и писали, наши граждане привыкли писать и жаловаться. Вдруг меня вызывают в прокуратуру и говорят: «Вот, говорят, что вы там незаконно обогащаетесь». Я ответила, что те кто написал, пускай приходят и с нами обогащаются. А вообще в кооперативном доме живут не так, как вы себе представляете, любая жалоба на председателя должна поступить в правление, если оно не решило, то в ревизионную комиссию. Крикунов всегда всего-то процентов 10%, не больше, а 90% «за». Поэтому надо выносить всё на общее собрание.

 

Эта работа, по совместному высаживанию, как она отразилась на добрососедских отношениях?

Вот это самое и отразилось. Я считаю, что это ещё с тех времен, когда наш дом был построен. И вот всю зиму вы видите улыбки жителей, тех людей, которые в таком же возрасте как я, это мы всё сажали, это нас объединяло необыкновенно. Это единственный вид деятельности, который людей сразу объединяет, они сажают вместе, убирают, ухаживают вместе. Тут и знакомятся, тут же и дети.

Я мечтаю, что если бы не были сейчас такие занятые мамы и папы, и вот таких, как Эрик, позвать с лопаточками и сказать: «Вот вам детский огород, вот вам грядка». Дать им подсолнух, сунуть редиску, которая быстро вырастает, горошек зелёный. А потом показать: вот это вы вырастили, вот это оно из чего! Этим я хочу сказать, что детям надо показывать, что из чего и как это растёт. И вот вам ответ на ваш вопрос, что эта деятельность объединяющая, можно даже сказать, что одна из основных.

 

Мы вместе с Маргаритой Сергеевной (вы видели её на фотографии, на улице с её садиком) где-то в 2006 год предложили проект «общественный сад нового типа». Как раз Маргарита Сергеевна в это время на радио записывали, и она озвучила. Её спросили, что такое «нового типа»? И вот тогда я написала такую записочку, что такое общественный сад нового типа, она у меня хранится на компьютере.

К сожалению Маргарита Сергеевна умерла, и мы не осуществили его, но я очень надеюсь, что эту идею подхватят. Это сад, в отличие от тех, куда люди приходят потреблять — одни приходят похулиганить, сорвать что-нибудь, другие наоборот, подышать и воспользоваться тишиной сада; наш сад — это сад совместного труда. Вот это и есть «новый сад общественного типа», и начинать надо с внутри-квартальных территорий. Они наиболее неухоженные, затоптанные, до них ещё не дошли руки благоустройства, эти маленькие островки — клумбочки, газончики — это и есть начало.

Чтобы показать, на чем нужно концентрировать внимание, мы взяли школьную территорию. Я поговорила со школьным биологом. И мы начали проект «Школьный сад» — подспорье учителя по биологии. Идея была сделать, как мы видели в Стокгольме — одноэтажный домик в центре сада и это классная комната, и его снимают по очереди разные школы, чтобы там проводить уроки биологии. Дети придут в сентябре, у них всё есть для урока: и школьный сад с его функциональными зонами, где можно изучать, и даже если есть маленький пруд, лежа на помосте, изучать кто живет там в этом пруду. А другая сидит и смотрит, что делает птица в гнезде. И они учатся в этой тишине на своём пришкольном участке.

Школа подхватила эту идею и директор подписала, что она согласна и будет этому содействовать. Если только найдутся средства для воплощения, руки будут. И так первая идея если говорить о квартале — школьный сад должен быть направлен на это.

 

Но она заработала эта идея?

Она заработала. Они там всё сажали, но дальше, как я вам сказала, проект не пошёл из-за смерти Маргариты Сергеевны, а у меня уже нет сил на всё. Но вот в этом году я приходила к муниципалам с тем, что мы давали вам вот такой проект, они нам всё отписки «будет рассмотрено», и так каждый год. Ну вам это знакомо...

Ну и значит следующая этап в этом же квартальном проекте: любой многоквартирный дом, мы предложили свой дом, поскольку у нас уже есть с чего начать. И назвали эту часть проекта «Многоквартирный дом с его садами» или «Сады многоквартирного дома». И если меня спрашивают, что такое сады? Это, во-первых, придомовая территория — цветники. Следующий уровень — балкон, лоджия. И следующий — крыша. Всё используется для того, чтобы была растительность и активность жителей в этом направлении. И тут можно и просветительскую, и организаторскую, и соседские взаимоотношения возникают.

И ещё один уровень — любую территорию общего пользования отдать в руки той огородной или садоводческой группе, которая образуется, чтобы там цветники сделать, вот как Маргариту Сергеевну, ей кстати муниципалы землю покупали, шланги, воду провели, ограду. Таким садам всегда нужна такая некая шефская помощь. Или от местного бизнеса, или от муниципалов, кстати, у вторых есть в бюджете деньги на всё это. Нужно просто всё это уметь организовывать.

И так, проект «новый сад общественного типа» из трех частей: школьный сад, квартальный и сады многоквартирного дома, ждёт продолжения. Конечно у меня есть определённые надежды, что если бы это было подхвачено, что уже молодые придут, используя опыт нашего дома, как я уже сказала, чтобы вы не ходили в ту сторону, куда не надо.

 

«"Не расстраивайтесь", — сказала я им, и сочинила письмо руководству 5-го канала: "Посмотрев вчера ваш репортаж, наше собрание садоводов решило впредь журналистов 5-го канала в наш сад на крыше не допускать". Сколько они ни звонили, я отвечала: "Вы читали то письмо, что я вам прислала? Всё, до свидания"»

 

Насколько высок был интерес журналистов все эти годы?

Интереса было очень много. Как наступала весна, так все каналы обязательно приходили чего-нибудь снимать, но вот последнее, с чем мы закончили, это был 5-ый канал, и это был конфликт. В 2010 году, зима была плохая, и я сломала ногу и не могла туда подняться. И вот они ко мне пришли, я им говорю: «Мы уже не растим овощи, если это вас интересует». Мы и цветов стали растить меньше, но продолжение дела есть, и мы считаем, что люди должны подхватить идею газонов на крыше. Это же экстенсивное озеленение, они же там сами растут, за ними не нужен уход, и вы обязательно об этом скажите.

И что вы думаете, они сказали это? Нет. Она пошла, вот там где я вам показывала щавель растёт, срывает и говорит: «Ой, как вкусно, они вот там растят». И после этих слов, включают некоего эксперта, а не эксперт это был некий Захарьящев, то ещё трепло из Петербурга, демагог, который союз садоводов возглавлял. И сказал: «Знаете, вот тут не известно, придёт ли она завтра на работу, все овощи на крыше вредные». Я потом послала ему смску: «Вы предатель, Василий Иванович». У нас есть все экспертные заключения, что всё в порядке.

И вот такое сказать, все наши женщины смотрели эту передачу и расстроились конечно после этого. «Не расстраивайтесь», — сказала я им, и сочинила письмо, руководству 5-го канала: «Посмотрев вчера ваш репортаж, наше собрание садоводов решило впредь журналистов 5-го канала в наш сад на крыше не допускать». Сколько они ни звонили, я отвечала: «Вы читали то письмо, что я вам прислала? Всё, до свидания».

 

А как люди которые на всё это смотрели восприняли это?

Скорее конечно как на экзотическую инициативу. Те, кто сюда приходили, они понимали значимость. Спрашивали как это организовать. Но я всем отвечала ту же фразу, что разочаровывала, что если вы живете в муниципальном доме, то забудьте об этом, ни один чиновник не даст вам на это разрешения. Если же вы живёте в кооперативном доме, то у вас есть возможность, если у вас есть ответственный лидер.

 

И есть ли информация, что люди этим занимались?

Есть инициаторы, которые на своих крышах и только для себя. Больше коллективно никто не подхватывал, считая, что это трудности. Я всегда говорила, что нужна мотивация, — зачем всё это? И посмотрите, мы сейчас дожили до 2012 года, и ничего такого, что мы будем там для еды что-то себе выращивать — такой необходимости нет. Хотя мы, например, считаем, что салат, который вырастили мы, значительно полезнее, потому что почва у нас без удобрений, потому, что мы только что с грядки его сняли.

 

Вот зелень, например, можно организовать для жителей, как стол заказов, пенсионеры которые здесь живут вырастят, придут с работы жители, возьмут за какие-то копейки, без этих накруток, прибылей магазинных и съедят. И вот эта была бы такая хозяйственная деятельность жителей дома. И я не устаю повторять, что зелень можно с ранней весны собирать, особенно если две теплички иметь, как у нас, и до поздней осени.

Второе направление этого дома, что если вы не хотите покупать по высокой цене цветочную рассаду, так делайте её сами. И третье направление — экология, газон на крыше, защищает её от перегрева. Вот наша кровля, её гарантийный срок уже вышел, и она в очень хорошем состоянии, без трещин. Когда переделываем газон мы отодвигаем всё это с плёнкой, там влажная крыша, а кровельщик говорит: «Вот это и хорошо, потому что, когда она пересыхает летом, тогда и начинает трескаться». Дальше мы просушили её, подмели, положили новую плёнку, новый газон устроили. Это настолько экологично, от неё никаких отходов не идёт. Как мы уже с вами увидели, что мы всё пускаем в дело обратно. Мой вывод, что все кровли должны быть зелёными. Если не человек там трудится, то лежит газон. И вот это должно стать предметом заботы администрации.

 

А администрация как-то реагирует?

Ну что вы, на словах обязательно. А на практике ничего. Ну а что, а кому? Где у неё структура, которая будет этим заниматься? Это же надо создавать. Администрация только на словах, пока её не обяжут, как в Японии. В Японии каждое здание площадью более 1000 кв.м. не может быть выстроено без озеленения кровли. Потому что они отняли у земли, которой и так мало в Японии, зелёный покров. Самый известный на весь мир пример — крыша Леонского вокзала «Сад Атлантик» в Париже. Но там всё это проект, дизайн. Герман Груб из Германии издал целую книгу «Зелень среди бетона и стекла». Я её имею и читаю, и в Москве Титова Нина Петровна, профессор Архитектурного института, очень хорошо пропагандирует зеленённые крыши.

Теперь, что будет сдерживать, если об этому будут печься проектировщики. Прежде всего проект дома будет невозможно согласовать, потому что у раздела «озеленённая кровля» нет регламента. Были попытке, в Москве есть некий Машинский из старого отряда архитекторов, который выпустил временные нормы озеленённой крыши; мне прислали на отзыв. Я подсчитала, что они слишком большой слой почвы туда закладывают — 15-20 см. Но вот это экстенсивное озеленение крыши газоном, хоть рулонный раскатывай, хотя мы пробовали рулонный хуже, посевной выдержал лето, а тот весь сгорел. Видимо взрослые корни, которые там, где он рос, обрезали и сюда привезли, здесь не прижились.

 

А ещё лучше этого мох (растущий в окрестностях Петербурга), который сам скальное растение, т.е. такие почвы покровные, которые на скалах растут — это и есть газон нашей крыши.

Касаемо мотивации, зачем устраивать огороды на крыше. Либо кормить себя зеленью, либо создать мини-ферму, которая обслуживает и жителей дома и придомовую территорию. Либо это чисто экстенсивное озеленение, экологическое, без особого ухода. Но конечно если специально проектируется дом, то я бы зону рекреации там делала обязательно. Та тишина, которая у нас на крыше, когда мы выходим и белые ночи у нас только-только начинаются и так до июля. Мы там работаем до полуночи, и вот этот уголок тишины, отрешённости от всего суетного, которое здесь на земле, там овладевает.

И вот если реакреционная зона, а у нас ведь в Петербурге зима длинная, то там, придя домой или в выходные дни, не тащить ребёнка куда-то там, а вот в свой зимний сад на крыше дома. В доме идёт естественная смена поколений, и что, несмотря на то, что у нас всё ещё 50% во владении пенсионеров, но я вижу, что их внуки уже вступают во владения, а значит будут дети: «Вы мечтайте, как мы мечтали иметь своё отдельное жилье, и мы это осуществили, уже 40 лет хозяйствуем в этом доме управляем и владеем». А вы мечтаете больше.

Во-первых, освободившуюся квартиру, а то и две на первом этаже выкупите и сделайте домашний детский сад и вам никуда не надо будет ходить, плата будет вам возвращать, кто-то будет тут работать. Вот магазины мы не пустим в дом ни один, но выкупить квартиры под детский сад, я всё время эту идею толкаю, может быть она овладеет молодыми людьми.

Второе, это возможность что-либо пристроить на нашей территории и надстроить мы же ЖСК — жилищно-строительный кооператив; мы не образовались, как товарищество, а оставили за собой функцию, что мы и строить можем. Если вдруг решат, то можно надстроить ещё на чердаке 32 квартиры, преобразовав его в жилой этаж. Вы представляете, насколько это меньше затрат: в доме, в котором есть все коммуникации, и надо построить только стены и получить 32 квартиры только для тех, кто здесь живет, для улучшения их жилищных условий. Это тоже мечта.

Дальше, если вдруг видим, что тепло забирает у нас слишком много денег, то сделаем утепление фасада. Экономия в составе проекта эко-дома была рассчитана на том, чтобы поставили узел учёта. Тогда в 98-м году мы были пионерами, поставив узел учёта, когда только сейчас остальные к 2010 оснастили свои узлы учёта. А мы сколько уже имеем его, и я говорю, что затраты на него окупились за 18 месяцев. Каждое лето мы экономим 300-400 тыс. рублей на то, что мы не отдаём это городу, оно остаётся здесь на расчётном счёте, потому что у нас есть узел учёта.

Мы с 2002 года не собираем ни одного рубля на ремонты. Даже сейчас, когда мы участвуем в программе смены лифта, а она идёт из бюджета, потому что это очень дорого, городской бюджет даёт 4 миллиона 900, спасибо ему, а 600 т.р. мы. И когда мне говорят, мол, «дайте, что все ваши жители согласны, что соберут деньги», говорю: «Вот вам решение правления, у нас деньги есть, у нас есть резервный фонд». Жители давно его организовали из-за экономий тепла.

 

«"А зачем вы вообще тогда нужны, если вы не будете ответственны за эксплуатацию электричества, за тепло?" И я просто заключила с грамотными сантехниками прямой договор подряда»

 

Я, как председатель этого жилищного дома, могу вам сказать: не надо жаловаться, что всё время нет денег, надо хорошо хозяйствовать и тратить их туда, куда надо. У нас сменены все водопроводные трубы в квартирах, все общие по подвалу, по чердаку, все стояки, у нас отремонтирована крыша. Цоколь и отмост ремонтируются тогда, когда положено, каждые пять лет. Косметический ремонт лестниц, каждые пять лет — и всё на собственные деньги за счёт экономии.

Ну естественно с Жилкомсервис у нас договор сейчас минимальный на аварийную службу. Когда они сказали, что отказываются быть ответственными за нашу тепловую службу, установку и прочее, я сказала: «А зачем вы вообще тогда нужны, если вы не будете ответственны за эксплуатацию электричества, за тепло?». И я просто заключила с грамотными сантехниками прямой договор подряда. Представляете сколько мы экономим на этом? Потому что я ведь только зарплату им плачу, а без содержания всех этих, кто за столами сидит и лишнюю бюрократию разводит. Жилкомсервис, кстати, уважают наш дом, потому что они хотели нас прижать, а мы нашли свой ход.

 

То есть у вас уже есть целый набор предложений с конкретными примерами. Может вы выпускали какую-то спец литературу или набор советов?

Я не люблю всю эту писанину, потому что некогда. И журналистам когда рассказываю, они искажают. Было ещё движение независимых женщин, там такая из Москвы — Елизавета Алексевна Бошко. Она меня попросила в их журнальчик статью, и я написала про технологию компостирования и регламент ведения сада на крыше. Они очень сугубо функциональны: я пишу как это делается, по каким правилам, на что опирается. Без отступлений, что такое мотивация жителей — это всё только в устных рассказах.

 

Сейчас вот у нас марафон «Делай Сам» и чувствуется большой интерес к экологии, к самоорганизации, озеленению городскому. Насколько вы это чувствуете?

Чувствую. Во-первых, вот в этом году приглашений столько, и ваше движения я поддержала, хотя сказала, по-моему, Мише Климовскому:

— Миша, только будьте добры не зовите меня вот так — в белый свет вещать. У меня уже возраст такой, что у меня нет на это время. Давайте, когда у вас определятся лидеры, тогда зовите. Они уже будут целенаправленно спрашивать. И я буду отвечать на их вопросы, и даже конкретные случаи разбирать. Они могут поступить и иначе, но совет я могла бы и дать.

 

Нам много пишут с вопросами о вас, читаете ли вы лекции. Что еще вы могли бы посоветовать нашим читателям?

Пожалуйста, во-первых, людям скажите, что в интернете про вермикомпостирование очень много рекламного характера. И, кстати, как малый бизнес я бы вермикомпостирование обязательно порекомендовала. Только не в самом доме, а где-то рядом. Вот как были собиратели вторичного сырья, стимул у нас стоял такой, павильончики надо внутри-квартально создать. Вы представляете сколько в домах вот этого самого, а черви не требуют большого ухода, их раз в три недели кормить. Найдётся обязательно ответственно лицо, например, дворник, только их надо научить. Можно поговорить с жителями, кто будет сдавать кухонные отходы, вот такие-то такие отходы, кстати, ни мясные, ни молочные, ни жировые, только растительного плана. И тот, кто будет принимать, должен знать кто ему сдаёт, именное ведерко, чтобы там не попалось ничего такого, что червей бы отравило. И, соответственно, это бизнес самый настоящий.

Вот гумус который они делают, смотрите, если в естественных условиях мы сбрасываем у себя на дачах от 24-х до 36-ти месяцев. Три года перегнивает всё у нас на севере, чтобы это получилось рассыпчатой гумусной массой. А черви за сколько делают? Через пять недель мы отбираем из ящика то, что они сделали, и ещё через три месяца, это 14 недель всего. Это уменьшает количество органик, которая попадает в общий мусор и гниёт где-то там, превращая в нужное дело. Если говорить о питательности этого гумуса, я помню, когда мы сдавали в ту общую лабораторию, где все сдают, и заведующая лабораторией говорила нам: «Вы посмотрите жилой дом с его гумусом. Да у них в пять раз больше удобрительного всего, чем то, что вы вырабатываете на продажу всю свою возможную органику».

И так, это настоящий бизнес и избавление города от части органического мусора. Вся научная база имеется, единственное, что в жилом доме это сложности, у кого-то аллергия на запах. Значит отдельно стоящее здание. И пошло и поехало, и не развивать больших объёмов, потому что начнётся тогда: 300 метров от дома, «вы тут компостированием занимаетесь». А вот когда маленькие объёмы санэпидемстанции и сказать будет нечего, точечные.

Многоквартирный дом это и комнаты, вот оглянитесь на этот наш сад. Здесь вот посмотрите сзади особенно дифимбахия, большой цветок. Такие цветы в магазине вы уже не купите. Они же из питомников маленькие только. А большие хотят, потому что в моду пошли зимние сады. Значит, если малый бизнес может организовать это всё, давайте у жителей скупать, чего они делают. И, пожалуйста, вам любая пенсионерка начнёт выращивать в доме чего вы хотите. А инвалиды, вот каждый кто на коляске, у себя на подоконнике будет иметь жизненную цель, сидя руками выращивать для людей. Одно из направлений деятельности для людей с ограниченными возможностями: когда сделали им приподнятый газон он с коляски мог поваляться в траве, счастье этого человека. Или женщина, которая к столу подъехала, а тут вот ящик, и сказала: «Я теперь приеду домой, и мне муж это же сделает, и я буду в саду работать».

 

Подобные инициативы, с одной стороны, это локальное улучшение, а с другой в этом есть и некое политическое действие?

Я бы сказала, что это развитие того самого гражданского общества. Причём не на словах, а на деле. Не политическое митингующее, а ощутимое улучшение, когда человек это перед собой видит. Вот сейчас вы будете выходить на Пулковскую, там пятиэтажка, дом, игрушки старые развешены во дворе. Это совершенно новое для жителей, что-то возле дома сделать, и это нужно поддерживать.

 

Посмотрите как у нас в доме, естественно кооператив поддерживает все инициативы: инструмент купим, если запросят, семена. Жители, которые участвуют, цветнички делают возле дома, моим приказом председателя освобождены от начала сезона 1 мая и до конца года от оплаты за содержание территории. Я исключаю им это из квартплаты, они своими руками содержат её. Пусть это маленькие деньги, но это морально важно для людей. Что их труд заметили. Власть должна обязательно эту инициативу подхватывать, если только они хотят, чтобы люди действительно перестали так грубо друг к другу относится. Да антагонизм есть, но от необустроенности. И сейчас когда меня спрашивают муниципальные депутаты:

— Ну вот посмотрите мы всё обустроили, новые дорожки там, что ещё?

— Да, а теперь новый этап. Смотрите, функционально территория не разделена. Должна быть зона тихого отдыха для пожилых. Например, почему нет шахматного поля с навесом? Вторая детская площадка есть, а где подросткам? Где велодорожки? И ещё активность садоводческая.

О парковках, их надо обязательно дать на содержание самим автомобилистам. У меня тут уже появился, сказал, что хочет, чтобы всё время чисто было, там где машина, нельзя ли шланг поливочный? Вот если жители скажут, что я воду трачу, впишите мне в квитанцию.

Насчёт экологии. Вот вы все привыкли к воде из бутылей. Мы то пили воду ещё из водопровода. Ну хорошо, воду вы нашли чистую, а воздух? Его только растения будут давать. Попробуйте за всю жизнь не посадить ни одного растения или дерева. Как жить в таком мегаполисе без этого? Жители обязаны сами создать себе условия жизни: так же, как у себя в квартире, в комнате, давайте выйдем ещё и на общее пространство. И я бы сказала, что островками кристаллизации этого сознания служат ТСЖ и ЖСК — особенно старые ЖСК. Как вы чувствуете сорок с лишним лет мы уже управляем, и когда меня спрашивают, вот жители не хотят ТСЖ образовывать. Значит не доросли.

Уж я-то самый горячий сторонник здесь в кооперативе. Как вышла на пенсию, уже 20 лет здесь и председательствую, переизбирают. Соответственно опыт, очень важно не выпускать финансы дома ни в чьи чужие руки. Сдавать дом на обслуживание это да, ладно я инженер, я могу руководить и взять персонал и всё равно знать, что делать. А если это учительница или медик, ей всё равно надо искать организацию, которая будет обслуживать дом. Но финансами распоряжаться только сами, свой расчётный счёт.

 

«От дома всё идёт, так же как от семьи. От того места где ты живёшь, от того места где ты знаешь, где твои дети гуляют, куда они потом пойдут»

 

От дома всё идёт, так же как от семьи. От того места где ты живёшь, от того места где ты знаешь, где твои дети гуляют, куда они потом пойдут. Посмотрите, вот моя дочь принадлежит тому самому среднему классу, они с мужем топ-менеджеры в строительной фирме зарабатывают хорошо. И когда я её политические настроения пыталась выяснить, она сказала, что хочет, чтобы медицина государственная была хорошая, чтобы бюджет в неё вкладывался, и готова платить налоги на такую медицину. Чтобы детсады были не 20 человек, а пять, чтобы школа была как гимназия. А что им предлагают? Кошмар какой-то. У вас один выход, создавайте альтернативную школу, детсады. Даже создание вот таких домовых рабочих мест. Всё это другой образ жизни.

 

Вопросы задавали Мэйк, Эрик Польский и Шрия Малхотра.
Помощь в расшифровке интервью Катя П.

 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal