Экспроприация общественных пространств

Стрит­-арт мимолетен, как и сама жизнь — он часто исчезает так же быстро, как и появляется. Эта эфемерность дает работе свободу, спонтанность и игривость, которые редко обретаются в других, более долговечных формах искусства.

Стрит­-арт представляет другой тип реальности, где город вокруг нас не статичен, а может изменяться каждым из нас. Он способствует диалогу общества о культурных ценностях и нормах; создаёт общие нарративы среди людей, идей и построек вокруг них.

Художники, которые создают свои работы на улицах перепланируют городскую среду «снизу» — они создают и изобретают новые виды пространств и социальных отношений, показывая, что ценности, которыми обладают (или не обладают) места, и значения, которые мы придаем им, постоянно меняются в бесконечном танце созидания и разрушения.

 

WTC Outline project — пример эфемерного уличного искусства.

Возвращение общественных пространств обществу

Нас зачастую подталкивают к утилитарному взгляду на общественные места — мы видим их в качестве инертных пространств, над которыми мы почти не властны. Множество таких пространств на самом деле являются псевдо-общественными, которые намеренно спроектированы так, чтобы ограничить возможность изменения их для удовлетворения наших нужд. Это строго контролируемые места с CCTV-слежением, сенсорами движения, которые отслеживают практически любую активность. В такой системе права собственности зачастую преобладают над правами человека.

Сущность общественных мест в современных городах зависима от экономической стороны жизни, которая требует продуктивности и эффективности и поддерживает иерархическую структуру общества (Lefebvre & Goonewardena, 2008). Поскольку многие ценности современного общества основаны на желании аккумулировать богатство, пространства, которые мы создаём, зачастую отражают это желание.

Такие места на самом деле не созданы для общественного использования. Сегодня бездомным практически запрещено находиться во многих городах США. Общественные пространства обеспечивают контроль над поведением людей, защиту капиталовложений и налаженную циркуляцию механизмов города. 

 

 Michael Aaron Williams

Уникальные объекты всё чаще упрощают и унифицируют. Каждое место начинает выглядеть как соседнее. Воображаемый идеал того, как должны выглядеть города, создается теми, кто обладает властью, овеществляя и представляя обществу как реальный. Возьмите к примеру разительные метаморфозы некогда потрёпанной и обаятельной Таймс Сквер в Нью Йорке в Диснеефицированную «главную улицу в США». Эти искаженные городские миражи являются пустыми оболочками того, чем города являются на самом деле: разнообразными, грязными плавильными котлами людей и идей.

Чувство «отсутствия места» часто возникает в таких псевдо­общественных местах как результат того, что они не связаны с людьми, которые их занимают и ими пользуются (Massey, 2005). Чувство оторванности и отчуждения происходит от отсутствия связи людей с общественными пространствами.

К тому же общественные места исторически не принадлежали общественности по праву; они стали общественными, потому что люди заняли эти места, сделав их общественными (Cresswell, 1996). Общественное пространство остается свободным только в том случае, если горожане закрепляют за собой право пользоваться им, находясь в нём и постоянно стремясь расширить его границы. Доступ к общественному пространству жизненно важен для существования здоровой демократии ввиду функциональной необходимости иметь физическое пространство для общения с другими людьми и выражения своего мнения.

Один из способов противодействовать этому фарсу — тактические городские интервенции. Художники перенимают революционные идеи Ситуационистов 50-х годов путем создания ситуаций, которые сбивают пешеходов с их привычных маршрутов, уводят из зоны спокойствия и включают в них новое креативное осознавание города, где пространство находится в постоянном состоянии становления. 

 

Свободу рекламным щитам

Уличные художники создают артефакты, которые находятся в прямой конкуренции с санкционированным общественным искусством и коммерческой рекламой. В среднем, мы подвергаемся воздействию рекламы от 3000 до 5000 раз ежедневно. Постоянное противостояние этому рекламному натиску заставляет нас оставаться в роли пассивных потребителей, нежели созидающих горожан.

Реклама считается нормальным и приемлемым использованием общественного места, так как существует в интересах экономики. Визуальная коммуникация между членами общества (то есть стрит-арт, мурализм и т.д.) является незаконной, только если она не разрешена и не оплачена. Рекламные конгломераты могут с легкостью позволить себе производить маркетинговое воздействие на общество в общественных местах. С другой стороны, одиночные граждане выступают против бюрократии, кураторства и гонораров. Следовательно, множество художников решается идти другим путем «изгоев» и выражать себя на стенах без разрешения. Некоторые города и штаты также противостоят засилию рекламы: Сао Паоло в Бразилии, Хьюстон в штате Техас, штат Мэн, Вермонт, Аляска и Гавайи — все запретили использование биллбордов в общественных местах.

Стрит­-арт существует отдельно (по большей части) от коммерческой сферы. Когда стрит-арт появляется на улицах без разрешения — в чем и заключается его сущность — он противостоит мэйнстримовым идеям об организованных и упорядоченных общественных пространствах. Даже если уличные художники и не протестуют намеренно против этой системы, их работы позволяют зажечься искре новой мысли в умах прохожих. Так возможности пространства реализуются хотя бы чуточку больше.

Летом 2012-­го года Нина Монтенегро запустила «Свободу биллбордам» — проект по возрождению общественного взаимодействия на улицах Портленда (штат Орегон, США), позволив людям заново выдумать то, как должны выглядеть общественные пространства. Образы и идеи жителей города были собраны через общественный онлайн-форум. Люди отправляли картинки, которые они хотели бы видеть на рекламных щитах своего квартала вместо рекламы, а также любимые произведения искусства, стихи, всё что угодно, что им нравится. Эти картинки затем были вставлены в винтажные стереоскопы, сделанные в Портленде, которые потом установили на самодельные пьедесталы из переработанной стали и бронзы, аккуратно размещённые перед рекламными щитами по всему городу.

 

Собранные изображения были наложены поверх рекламы. Прохожие могли посмотреть сквозь стереоскопы и увидеть на стене перед ними произведения искусства, сады или поэзию вместо рекламы. Эффективный метод визуальной подачи стал путем к дополненной реальности.

 

Игры с улицами

Стереоскопы также пробуждают весёлую ностальгию, ведь многие из нас помнят, как играли с ними в детстве. Игра — это важный, но в значительной степени недооцененный аспект человеческого восприятия  городской реальности. 

 

  

Будучи детьми, мы исследуем, трогаем и двигаем вещи. Так мы узнаем о подлинной сущности объектов и строении пространства (Tuan, 1974). Когда же взрослые начинают играть в городе, это часто воспринимается как сомнительная трата времени и энергии (Stevens, 2007). Города спроектированы для оптимизации труда и достижения других рациональных целей, в то время как места для отдыха выполняют четко определенные функции. Следовательно, спонтанные действия вроде этого бросают вызов строгому расписанию бюрократической и капиталистической реальности (Bonnett, 1992).

Игры в общественных местах, особенно в тех, которые были спроектированы для других целей, дают новые возможности и раскрывают внутреннюю ценность общественных пространств. Такое творческое смешение искусства, игры и жизни само по себе является критикой рационального образа жизни, поскольку оно открывает новые потребности и развивает новые формы социального взаимодействия и самовыражения, которые сделала возможными урбанизация общества.

Цель проекта «Свободу биллбордам» создать альтернативные городские пейзажи, чтобы прервать каждодневную рутину и спровоцировать переориентацию — временное освобождение от сформированного порядка. Инсталляции создают креативный и автономный мир, который помогает людям заново осмыслить городские пространства вокруг них.

Проект хочет нарушить статус кво, побудить людей мыслить, не взирая на рамки существующей реальности и вообразить другую, которую они создают сами. Вместо того, чтобы позволять далёким предпринимателям использовать наши общественные пространства для получения прибыли, жители должны добиваться своего права на творчество, право участвовать в создании своей собственной реальности.

 

Тиффани Конкин — исследует уличное искусство и взаимодействие людей в общественных пространствах. Она является со-организатором проекта PDX Street Art Advocacy, организации, которая продвигает более демократичную культуру самовыражения в городе Портлэнд.
 
Нина Монтенегро — художница, базирующаяся в Портлэнде (штат Орегон). В своих работах она исследует публичные пространства, неработающие системы и отношение людей к пустынным (заброшенным) местам.
 
Фотографии проекта "Free the Billboards" сделаны Алексом Миланом Трэйси.
 
Перевод: Евгения Ким.
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal