Страх в большом городе: Знакомые незнакомцы

Классик американского урбанизма Льюис Мамфорд полагал, что хороший город — тот, в котором социальная жизнь максимально разнообразна и интенсивна: «города строятся для усиления социальной жизни и максимального увеличения ее разнообразия». Мамфорд настаивал на том, что это разнообразие не стоит сводить только к положительным явлениям и процессам. Для здоровой жизни и развития города важно наличие конфликтов. Городская жизнь в большом городе всегда связана с опытом агрессивного поведения, страха и беспокойства.

 

Nierozpoznani ('The Unrecognized Ones'),
Magdalena Abakanowicz, Poznan.

Страх может быть вызван разными ситуациями, они могут нести угрозу не только жизни или здоровью человека, но и его социальному положению или самооценке. Социальные психологи, в таких случаях, говорят о социальном страхе, который по интенсивности индивидуального переживания порой не уступает страхам экзистенциальным. К примеру, страх социальных контактов с «чужаками» является весомым фактором создания «своих» городских сообществ. Страх подпитывает непрекращающуюся городскую войну: тысячи маленьких сражений ежедневно происходят на парковке, в супермаркете, на детской площадке, в метро, на пешеходной и проезжей части улицы.

Исходная предпосылка нижеследующих рассуждений может быть сведена к тезису:

 

Страх — это точка сборки солидарности.
Живи сообща — беспощадный закон выживания.

 

Сплоченность помогает нам в борьбе с реальными и воображаемыми опасностями. Страх парадоксальным образом объединяет нас и разъединяет.

Ученик Мамфорда, наш современник Кевин Робинз, изучив природу и функции страха в жизни современных городов, подчеркивает, что этот «примитивный» инстинкт, является одним из базовых элементов городской культуры. Он порождает своеобразный набор культурных средств, обеспечивающих, с одной стороны, общественную безопасность, минимальный порог гражданского комфорта (городской этикет, навигация, дизайн и т.д.) и, с другой стороны, стимулирующих социальную борьбу (рента, коммунальная собственность, публичные пространства и т.п.).

 

Для Робинза значение чувства страха — одновременно творческое и деструктивное. Эта особенность задает природу любого публичного места — его двойственность — оно предполагает внешний контроль, содержит властный аспект, и вместе с тем обеспечивает допустимую степень свободы. Именно эта двойственность порождает конфликтные ситуации в городе. Публичное пространство, с одной стороны, может быть источником негативно «заряженной» социальности, когда очевиден деструктивный эффект страха, вызывающий чувство враждебности по отношению к «незнакомцу». Деструктивный эффект выражается в развитии таких неприятных городских явлений, как ксенофобия, расизм. Страх приводит к «демонизации» чужака / незнакомца, заключает его в пространственных и коммуникативных «резервациях» без права участия в жизни города.

Городская жизнь, однако, содержит и факты конструктивного «окультуривания» страха. В борьбе с социальным одиночеством, апатией, разобщенностью, ошибками планирования, негативными последствиями джентрификации, зонирования города по этническому и социальному признакам, жители объединяются для каких-то совместных действий не имеющих целью «изгнать чужака», а, например, по благоустройству, взаимопомощи, обоюдного угощения или просто ради общения. Пятый марафон городских действий «Делай Сам» собрал в себе самые значимые и яркие примеры различных городских инициатив.

Мы хотели бы присоединиться к разработке механизмов и тактик усмирения социального страха в конструктивном ключе через «стимуляцию» солидарности горожан. Большинство проблем крупных городов, таких как Москва, в недостатке социальных связей между незнакомцами. Этот недостаток уменьшает ресурс солидарности, что приводит к еще большим проблемам, которые раньше решались непосредственно и сообща.

Нашим первым шагом будет реализация ряда установочных социологических исследований, направленных на изучение восприятия и представлений о незнакомцах и незнакомых вещах в Москве.

Мы планируем провести четыре кейс-стадии, посвященные таким темам, как «Знакомые незнакомцы», «Бесхозные вещи», «Публичная интимность», «Ночные ритмы».

В результате мы получим новое знание о тех аспектах городской жизни в Москве, которые сегодня остаются практически не изученными, но на которые стоит обратить отдельное внимание, если мы хотим сделать город более разнообразным и интересным без использования системы штрафов, несчетных запретов или нравственной порки коренных жителей и прибывших гостей.

 

Знакомые незнакомцы

Знакомые незнакомцы — это те люди, которых мы часто встречаем в городе, но с которыми не знакомы лично. Это случайные прохожие на улице, в очереди, в общественном транспорте, на проходной или в пробке. Это может быть человек, который регулярно попадается на встречу по дороге на работу, в одно и тоже время ежедневных поездок в метро, или продавщица, много лет торгующая «с лотка» в одном и том же месте, или пара гаишников на ближайшем перекрестке. Круг знакомых незнакомцев формирует скрытую сеть пассивных социальных отношений и, главное, даёт нам ощущение безопасности в городе и каждодневную радость узнавания. Исследование этой пассивной социальной сети очень важно в контексте разработки механизмов по стимуляции сплочённости горожан, реализации «низовых» и общегородских проектов.

Помогите нам узнать больше об этом круге городских незнакомцев, ответив на пять открытых вопросов в анкете:

Автор проекта и статьи:
социолог культуры Дмитрий Заец
 
 
Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal