Стрит-арт как искусство действия

Бытует мнение о том, что уличное искусство в том виде, в котором оно существует сегодня, является формой развития американского граффити. Это не совсем так и скорее применимо к тенденциям стрит-лого (прим. — замена граффити-подписи на логотип), зародившимся в Европе 80-х. Но еще задолго до этого, во Франции происходили свои параллельные процессы, так или иначе связанные с самовыражением на улице и имеющие яркое тому обоснование — ситуационизм, как молодежное и протестное движение середины 60-х.

 

Фото: Брассай, Париж, нач. 1960-х.
 

В начале 1960-х годов французский фотограф-документалист Брассай (Brassaï) публикует свою книгу — плод тридцатилетнего исследования надписей и рисунков в Париже, в которой он позиционирует граффити как искусство, примитивное и эфемерное. В его книге наглядно иллюстрируется еще бессознательная на тот момент художественная активность, сродни наскальной живописи.

Это были единичные и точечные проявления народного творчества, впоследствии имевшие продолжение в момент революции 1968-го года во Франции. Отличаясь своей неординарностью, абсурдностью и театрализованной идеологией «общества спектакля» она опиралась на основные принципы ситуационизма, как направления в западном марксизме, сформированного философами Ги Дебором (Guy-Ernst Debord) и Раулем Ванейгемом (Raoul Vaneigem).

 

Граффити ситуационистов (перевод с французского: «Неограниченно наслаждайтесь»), кон. 1960-х.
 

В отличие от многих других художественно-политических движений Европы того времени, ситуационизм проповедовал не эпатаж и эстетическое созидание, а «прямое политическое действие». В 1968 году ситуационистские лозунги, плакаты, листовки проникли в Париж через захваченный 14-го мая студентами филиал Сорбонны в Нантерре и во многом определили развитие событий во время майских беспорядков.

Большая часть граффити была насыщена духом бунтарства, приправленного остроумием бастующих. Граффити, призывающие к отмене всякой работы, отражают влияние ситуационистского движения. В виде афиш и лозунгов, нанесенных аэрозольной краской на стены, ситуационистское граффити представляло собой некое подобие поэзии на улицах Парижа — протестной, справедливой и ироничной.
Несмотря на то, что деятельность СИ была напрямую связана с «политическим действием», многие из участников привнесли в процесс протеста весомую долю эстетики и художественности. На грани серьезных требований, иронии и абсурда это движение стало продолжением авангардной формы искусства, стремящееся к большей независимости.

 

Эрнест Пиньон-Эрнест, кон. 1960-х.

Эрнест Пиньон-Эрнест (Ernest Pignon-Ernest), Жерар Злотикамиен (Gérard Zlotykamien) — одни из первых уличных художников пост-ситуационистского периода. Эрнест Пиньон-Эрнест размещал свои плакаты на улице уже в 1970-м году. Обращаясь к социальным и личностным проблемам человека и методах его существования в современном мире, он часто создавал масштабные серии из так называемых мертвых тел, а так же создавал зарисовки на внутригосударственные и общественные проблемы. С 1980-го года и по сегодняшний день можно наблюдать сильное влияние Эрнеста на формирование уличной плакатной школы во Франции, которая была предопределяющей для многих последующих уличных художников.

 

Эрнест Пиньон-Эрнест, нач. 1970-х.
 

Но еще до революционных событий в Париже, в 1964-м году, художник Жерар Злотикамиен (Gérard Zlotykamien) создал свою первую серию работ на улице. Он был знаком с уже знаменитым французским живописцем Ивом Кляйном (Yves Klein), который использовал технику спрея в своих поздних произведениях. Вдохновившись качествами быстрого и эффективного инструмента, Жерар создавал так называемые тени-призраки, символизирующие общую разруху в стране и последствия второй мировой войны. Его влияние на формирование уличного искусства во Франции наравне с Эрнестом велико и весомо. Являясь первым уличным художником, применившим аэрозольную краску на улице, уже в 70-х он зачастую работает совместно с Эрнестом. Так, влияя друг на друга и активно создавая свои произведения на улице, они формировали среду и сообщество уличного искусства в Париже.

 

Жерар Злотикамиен, 1960-е.

Параллельно с этим, в Нью-Йорке, нахлынувшая волна граффити, не являясь на тот момент еще популяризированной в Европе, уже в 1976-м году придается огласке французским философом Жаном Бодрийяром (Jean Baudrillard), который полемизирует на тему возникновения этого феномена в своем трактате «Символический обмен и смерть». Приписывая граффити-тэгам статус символа, знака, он уже тогда указал на замкнутость формировавшейся субкультуры и атаку на зрителя, подобно кодированной системе, непонятной, но достаточно агрессивной и влиятельной.

Позже, с приходом в Европу, движение граффити внесло свою долю настроений в ход развития уличного искусства во Франции, но предопределяющими все же стали естественные события, связанные с борьбой против капиталистических устоев и «освобождением» от сложившейся художественной системы конца 60-х — начала 70-х годов.

 

Blek Le Rat, 1980-е.
 

Начало 1980-х годов ознаменовано вспышкой панк-рок и альтернативной андеграунд-культуры. Для повсеместного и массового распространения информации о себе активно использовали технику трафарета и аэрозоля различные панк-коллективы. Кроме этого, все больше и больше художников, вдохновившись примерами Жерара Злотикамиена и Эрнеста Пиньон Эрнеста, размещали свои послания на улицах города. Так, уже к 1984 году, значительное количество художников были активны в городе в качестве живописцев, перформеров, графиков-плакатистов, в числе которых: Jérôme Mesnager, Blek Le Rat, Jean Faucheur, Jef Aerosol, Speedy Graphito, Daniel Beaugeste, Rafael Gray и другие. Активное вторжение в городское пространство являлось феноменом их поколения, объединяясь в группы, они продолжали действовать более эффективно и массово. Это добавляло вес их высказываниям и позволяло устраивать масштабные коллаборации в городе. Frères Ripoulin («Братья Репуля»), Los Globus («Глобус»), Vive la Peinture (VLP, «Да здравствует живопись»), Banlieue Banlieue («Пригород пригорода»), панк-коллектив Bazooka («Базука») — наиболее деятельные группы уличных активистов на тот момент.

 

Jérôme Mesnager, 1980-е.

Практически все участники сообщества уличного искусства того периода были выпускниками художественных школ. Они протестовали против сложившейся системы образования, коммерционализации искусства, привносили общедоступность и современность в живопись. Интересы художников все больше расходились и с участниками сложившейся арт-системы: одни хотели говорить о стоимости, другие — об энергии и свободе. Эти разногласия стали ключевыми, а период 1980-х годов можно охарактеризовать как время наибольшей фигуративности и пластичности, радостного творчества и необузданного веселья, идущего вразрез всем сложившимся системам на тот момент.

 

Vive La Peinture, 1985.

 

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в LiveJournal

Комментариев (6)

  1. От себя хочу добавить, что невооруженным глазом видны параллели между описанной ситуацией во французском искусстве 80-х годов и местной арт-сценой сегодня. Что касается ситуационистов, то их тактики сегодня особенно актуальны на фоне активизации движения #occupy, например.

  2. Art_Tem

    Из современных можно еще добавить Miss Tic, Liz Art и C215…

    • Да, я тут до современных не добрался, думаю позже.
      Мисс Тик тоже кстати из конца 80-х.

  3. Пинг: Искусство вне «музея»: между эстетическим и остросоциальным | Art Aktivist

  4. Name (required)marina

    Познакомилась с этим искусством через Pussi Riot. То,что делают они -я не приемлю. Отвратительно.Аморально.
    Смотрела Венский акционизм то,что нашла. То,с чем знакомит смою четырёхлетнюю дочь Толоконникова. Дай Бог,чтобы ребёнок вырос психически полноценным!

    • Интересно, это каким образом Толоконникова знакомит вашу 4-х летнюю дочь с венским акционизмом? «Знающему» человеку и то нужно достаточно много упорства, чтобы найти.

      А вообще, статья не об этом и любые сообщения о Pussy Riot на нашем сайте будут попадать в спам и троллиться, потому что это порожняк, и мы не случайно о них ничего не пишем.